Художественная литература — как аналитика

В последнее время, в рамках тематики исследований ЦЭИ, изучая Китай, его опыт реформ и долгосрочные перспективы развития  (с точки зрения интересов Узбекистана) вспомнил про чудесную книгу Валентина Иванова «Русь Великая» (Издательство «Современник», 1983 г.)

Валентин Иванов — автор талантливой дилогии «Русь изначальная» и «Русь Великая».

Последние несколько дней перечитал её.

Почему?

Время действия романа- 12 век. Один из героев романа – Андрей, приближенный боярин князя Владимира Мономаха, совершает путешествие в Китай.

И вот возвращаясь из Китая, он беседует с буддийским монахом и иудейским раввином.

Этот фрагмент — его впечатления от Китая и китайцев.

« — Они въедливы, упрямо настойчивы, цепки. В труде себя не щадят, неприхотливы….

Вот, к примеру, как в Нанкинге сун (так в романе автор называет китайцев-Б.Э.) начинает пробиваться в купцы. В поиске счастья пришел издалека, продав в родном месте всё, что имел. Зажав малую толику денег, он пробирается в город. Питается подаянием, нет милостыни – ест траву, пробавляется бог весть чем, суны способны есть все. И то сказать, жить у них дорого, с нашей Русью невозможно и сравнить. В Нанкинге пришелец, ночуя под небом, перебивается любой работой, согласен на все, лишь бы как пропитаться. Таких, как он, там много. На самую трудную работу за безделицу заработка согласны сразу и десять, и сто человек, а хозяину нужен один. Пришлый голодает зло, но своих денег не тронет. Они для него – надежда. Так перебивается, пока не узнает города, пока не поймет, с чего начинать. Вот решился. У него лавочка – конура с товаром. Он в ней спит, скорчившись ужом. На рассвете открывает торговлю. Сидит голодный, пока не подсчитает, что есть барыш. Тогда купит лепешку, с которыми в рядах ходит такой же, как он. Если не заморит себя, если не пропадет от мора либо какой болезни, то через сколько – то лет начнет богатеть. Тут зальется жиром, станет важным и давит других, как его давили, без пощады. Ибо сам через все прошел, пусть другой терпит»…. (!!!!)

— Сильные люди, очень сильные, — сказал равви Исаак.

— Сильные, — согласился Андрей».

И читая эти строки ты видишь, что в основе успеха китайских реформ именно он:  цепкий, упрямый, въедливый, терпеливый и трудолюбивый китаец. Что и стратегическое видение реформ китайских Дэн Сяопина и разработки его последователей -  всё это выстроено  именно на этом фундаменте. И такой Китай, с такими китайцами — опасен. И его следует серьезно изучать.

Много прочитано монографий, статей, исследований о причинах китайского взлета за последние 30 лишним лет. Много умников рассуждали/рассуждают об этом феномене.

Но сейчас я  поймал себя на мысли, что  первопричину еще тогда, почти сорок лет назад,  до начала  китайских реформ интуитивно понял, УВИДЕЛ, ОЩУТИЛ не аналитик, а талантливый писатель Валентин Иванов. И при этом обошёлся без огромного количества цифр, статистики, заумных рассуждений.

Вывод: талантливая художественная литература – это помимо всего, ещё и глубокая аналитика, украшенная взлетами интуитивного познания закономерностей.

 

 

 

 

 


Комментарии

Художественная литература — как аналитика — 1 комментарий

  1. Добрый день, Бахтиер

    Извиняюсь, что повторяю текст, но думаю, что сейчас для Китая важнее другое. Синхрон, я не видела вашей заметки, но тоже думала о реформе китайской экономики.

    Вы согласны с автором этого материала? Мне интересно Ваше мнение, так как вы профессионально занимаетесь этими вопросами.

    "А вот кое-что интересное из Китая...

    «Антикоррупционная кампания в Китае продолжается уже более трех лет – формальный старт ей был дан после XVIII съезда КПК в ноябре 2012 г., хотя первые признаки появились раньше. Кампании подобного рода следовали и за предыдущими китайскими передачами власти от одного поколения руководителей другому. Но нынешняя беспрецедентна по трем показателям: продолжительности, широте охвата и, в меньшей степени, масштабам...

    Наиболее расхожими объяснениями являются «наведение порядка» с целью ввести чудовищную коррупцию в минимально приемлемые рамки и «обострение внутренней борьбы». Под обострением внутренней борьбы понимается попытка господствующей фракции, окружения китайского лидера Си Цзиньпина, разбить своих оппонентов, используя антикоррупционную риторику.

    Нынешняя кампания существенно превосходит по масштабам прошлые, хотя говорить о превосходстве на порядок не приходится. Важно, однако, помнить, что раньше речь шла о репрессиях в отношении лиц в среднем намного более низкого уровня. Теперь же наказано более чем 100 чиновников начиная с уровня заместителя губернатора провинции, заместителя министра и выше. Падение каждого из таких людей имеет тяжелые последствия для десятков более мелких чиновников и бизнесменов, объединенных с ним в сложную сеть неформальных связей.

    Столь значительная насильственная перетряска государственного аппарата за такой короткий срок означает, по сути, изменение правил игры, расстановки сил и ключевых персоналий, с какого-то момента речь может идти о перезагрузке системы. Почему же систему надо перезагрузить? Процесс связан отнюдь не с личными предпочтениями Си Цзиньпина, а с очевидным фактом умирания политико-экономической модели развития Китая, начатой Дэн Сяопином эпохи «реформ и открытости».

    Китайская модель развития основывалась на трех базовых условиях. Во-первых, это экспортный бум, подпитываемый постоянным притоком дешевой рабочей силы из деревни. Во вторых, это инфраструктурный бум, осуществлявшийся в основном местной властью за счет заемных средств. Привлекать их на фоне бурно идущей индустриализации и урбанизации было легко. В третьих, это пассивная внешняя политика, благоприятное внешнее окружение и открытость миру. Последнее обстоятельство создавало благоприятные условия не только для привлечения капитала из-за рубежа, но и для его вывода.

    Этими условиями за три десятилетия была сформирована устойчивая модель отношений бизнеса и власти, а также механизмы конвертирования власти в капитал, последующего инвестирования этого капитала, его легализации и вывода за рубеж. Близость всех трех старых факторов роста к исчерпанию была очевидна китайским экономистам еще в период кризиса 2008 г., но проведение необходимых реформ было невозможно: прежнее правительство во главе с Ху Цзиньтао было слабым и не смогло преодолеть влияния предшественника Ху – Цзян Цзэминя. Принятые в 2008–2009 гг. антикризисные меры были половинчатыми, а частично (госинвестиции в инфраструктуру) усугубляли застарелые проблемы китайской экономики.»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Введите ответ: *
Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.